"Тринадцатый шаг", ч.1-09, Девятый шаг.

Девятый шаг – не причинение компенсации ущерба, это косвенная цель или даже вообще не цель; Девятый шаг – это благая весть.

Есть какие-то моменты, только их я сознательно привел в Восьмом шаге, очень простые. Украл – верни украденное, взял чужое – положи на место, сломал – почини и больше так не делай (если упрощенно и отбрасывая фактор "развития").

Я утверждаю, что для того, чтобы что-то исправить нужна только честность и смелость. Нужна честность и смелость исправить Божий замысел в Его глазах. Еще раз повторюсь, я нарушил Его закон, перед Ним несу ответственность, Ему "возмещаю ущерб". Имена в первой колонке Восьмого шага – Его инструменты дать мне возможности, причины и поводы для этого, Он больше меня хочет, чтобы я довел дело до конца, освободился от греха.

Следствием этого является утверждение, что материальные и вещественные "Девятые шаги" самые простые. Даже если у меня нет какого-то количества денег, они каким-то чудесным образом приходят, просто приходят. И, соответственно, все выправляется. Не потому, что я таков, а потому, что таков Бог. Он меня любит гораздо больше, чем я Его.

Есть моменты сложнее, когда по результатам анализа Четвертого шага я увидел, что вот этому человеку я нож в спину воткнул, вот этого предал, вот этого продал, а вот этому – разбил сердце. Как быть с ними? Как определить ущерб следуя букве и, главное, Духу Бога? Прийти и просто извиниться, мол, извини, с кем не бывает? И что же человеку делать с моим "извини"? Я честно признаю, что не в состоянии возместить этот "ущерб" и как-то исправить ту ситуацию хотя бы потому, что я не могу вернуться в прошлое и в прошлом поступить иначе. Прошлое уже произошло, это уже случилось, и я уже не могу ничего сделать. Что я могу? Означает ли это, что я могу их не делать? Нет, этого права у меня нет.

Это не самая сложная задача, если вернуться к Третьему шагу.

Как это было у меня:
Однажды я был в обратной ситуации. Некто ко мне пришел и сказал "слушай, извини, я тогда тебя колоссально подставил". А я в тот момент понял, что все, что я могу ему сказать, это всего лишь на всего две вещи. Вещь первая: ты не представляешь как это здорово для меня тогда закончилось, ты не поверишь, на самом деле я тебе благодарен за то, что ты тогда поступил со мной именно вот так. И вторая вещь: что я могу сказать человеку, если совсем честно и искренне, то только одно, "не делай так больше".
А потом, перевернув все это на себя, я смоделировал ситуацию от противного: если некто наступит мне на ногу и придет извинится – пусть, это хорошо нам обоим. Но если наступит на ногу второй раз и второй раз извинится? Пятый? Седьмой? Где-то в районе десятого раза я уже буду избегать его и про себя "крутить пальцем у виска", так как что-то как-то здесь все не то.

В результате моего анализа в Четвертом шаге я сделал честный вывод из моей жизни, что те люди, которые нанесли какой-то ущерб мне, они все почему-то оказывались в нужное время в нужном месте и делали для меня хорошие вещи. Они, как и я, были исполнителем Его воли в жизнях друг друга. Только Бог своей прозорливостью и величием может так сложить паззлы, что очевидный ущерб всегда направлен на благо обоих людей в конкретной ситуации.

Поэтому Девятый шаг несет возмещение ущерба косвенной, второстепенной целью.

Девятый шаг, как я его понимаю, это – благая весть. Я прихожу к человеку и кроме того, что я прошу у него прощения за то, что я сделал тогда-то и так-то, я ему говорю о том, что я наконец-то понял, что на самом деле я тогда сделал и сожалею об этом. Я несу ему благую весть, которая состоит в том, что одним эгоистичным ограниченным слепцом стало меньше. Я понял, что я тогда сделал на самом деле. Благая весть в том, что я наконец-то понял и осознал, и больше я так делать не буду ни при каких обстоятельствах. Да, если есть какая-то возможность исправить мною сделанное, я признаю, что обязательно подумаю над встречным предложением. Но основной смысл Девятого шага, как я его понимаю, это именно благая весть: радуйтесь!, одним ограниченным себялюбивым слепцом стало меньше, одним человеком, узрившим Бога, стало больше. Я теперь хотя бы чуть-чуть научился видеть чужую, не свою боль и обязательно постараюсь помочь. Больно там, где нет Бога, крик о помощи теперь будет услышан.

Поэтому Девятый шаг считается наполненным чудесами и нет ни одной "девятки", которая бы прошла по намеченному плану?

Девятый шаг стал для меня одной из форм благовествования. Я уже не хожу и специально не ищу тех людей, к которым так или иначе я обязан подойти, нет. Потому что, если коротко, я утверждаю, что к моему "возмещению ущерба" должны быть готовы обе стороны. И я понятия не имею про готовность другого человека и не моё дело этим заниматься. В конечном итоге я даже это отдал Богу. Почему? Потому что, если Он решил, что мне нужно встретиться с этим человеком – да, я с ним встречусь, как правило случайно и не предсказуемо; я не буду отводить глаза, не буду переходить на другую сторону тротуара, да, я подойду чтобы не нарушать план Бога. Кто я такой указывать Богу как Ему использовать мои недостатки в Его славу? Я могу только удивляться величественности, многогранности и дальновидности моего Хозяина и радоваться, что не только моим достоинствам, но даже моим недостаткам у Него нашлось место в Его замысле!